Первый приговор женщине за самовольное оставление части:
прецедент Московского гарнизонного военного суда

   В моей практике было немало дел, связанных с самовольным оставлением части, но новость, пришедшая из Московского гарнизонного военного суда 24 апреля 2026 года, заставила по-новому взглянуть на статью 337 УК РФ. Председательствующий судья Фроленков Игорь Эдуардович вынес обвинительный приговор по делу № 1-175/2026 в отношении военнослужащей Безручко Дарьи Алексеевны, квалифицировав её действия по части 5 статьи 337 УК РФ. 🏛️
   Это первый известный в российской судебной практике случай, когда женщина осуждена за самовольное оставление части в условиях вооруженного конфликта. Раньше подобные приговоры ассоциировались исключительно с мужчинами, и этот прецедент ломает устоявшиеся стереотипы. Давайте разберемся, что именно произошло и какие последствия это повлечет.

   Почему дело Безручко стало знаковым
   Исторически сложилось, что подавляющее большинство осужденных по «воинским» статьям — мужчины. Женщины-контрактницы, безусловно, несут уголовную ответственность наравне с сослуживцами-мужчинами, но до последнего времени реальные приговоры по ч. 5 ст. 337 УК РФ в их отношении не выносились.    Многие ошибочно полагали, что на женщин распространяется некая негласная «индульгенция». Дело Безручко Д.А. наглядно демонстрирует: закон един для всех, а гендерный признак не является смягчающим обстоятельством при самовольном оставлении части в период мобилизации.
   Я внимательно изучил доступные материалы. Судья Фроленков И.Э. рассматривал дело по существу в общем порядке, и, несмотря на то что подсудимая — женщина, приговор был постановлен именно по самой строгой из «самовольных» частей статьи 337 УК РФ. Это означает, что суд счел доказанным умысел на длительное отсутствие без уважительных причин в условиях, приравненных к боевым. ⚖️

   Что вменялось подсудимой: разбор ч. 5 ст. 337 УК РФ
   Чтобы понять тяжесть ситуации, напомню, что часть 5 статьи 337 УК РФ применяется, когда самовольное оставление части или места службы продолжительностью свыше одного месяца совершено в период мобилизации, военного положения, в военное время либо в условиях вооруженного конфликта или ведения боевых действий.
Наказание за это — только реальное лишение свободы на срок от 5 до 10 лет. Никаких штрафов или содержания в дисциплинарной воинской части закон здесь не предусматривает. Именно поэтому защита по таким делам требует титанических усилий: любая ошибка на следствии или неправильно выбранная линия поведения в суде стоят нескольких лет жизни.
   Субъектом этого преступления теперь окончательно признается любой военнослужащий вне зависимости от пола. Повторю: дело Безручко — не создание новой нормы, а сигнал о том, что правоохранительная система начала активно применять её ко всем без исключения. 🔐

   Как этот прецедент меняет судебную практику
   Любой первый приговор формирует тренд. После решения Московского гарнизонного военного суда можно уверенно прогнозировать следующее:
   1. Ужесточение надзора за женщинами-контрактницами.
Командование частей получило четкий сигнал: материалы в отношении женщин, самовольно покинувших службу в условиях СВО, будут направляться в суд без каких-либо скидок на пол.
   2. Рост числа уголовных дел.
Если раньше в отдельных случаях следователи могли сомневаться, направлять ли дело в суд в отношении женщины, то теперь «первый приговор» устранил эти колебания. Отказной материал по женщине-военнослужащей станет редкостью.
   3. Необходимость специфической защиты.
В суде теперь нужно будет учитывать не только фактические обстоятельства оставления части, но и противостоять косвенному давлению «первого громкого дела». Судьи, опираясь на прецедент, будут чувствовать себя увереннее, вынося обвинительные приговоры женщинам.

   Что известно о процессе и как я вижу защиту по таким делам
   По делу № 1-175/2026 председательствовал судья Фроленков И.Э. Сам факт рассмотрения в Московском гарнизонном военном суде говорит о том, что дело находилось в юрисдикции столичного региона, хотя сама военнослужащая могла проходить службу в любом из прилегающих гарнизонов.
   Как адвокат, я всегда подчеркиваю: ключ к защите по ч. 5 ст. 337 УК РФ лежит в доказывании двух обстоятельств. Во-первых, отсутствие умысла не служить вовсе — если женщина покинула часть вынужденно или по ошибке (угрозы жизни, здоровью, семейные обстоятельства чрезвычайного характера), это должно быть подкреплено документально. Во-вторых, максимально быстрое возвращение в часть или оформление явки с повинной способны кардинально смягчить участь.
   Но самое опасное — ждать, что «само рассосется». С момента, когда командование зафиксировало отсутствие, счет идет на дни. Если вы женщина-военнослужащая и оказались в подобной ситуации, либо ваш близкий человек — не ждите, пока ваше дело станет вторым таким прецедентом. 🚨

   Вывод
   Приговор по делу Безручко Д.А. — это точка невозврата. Самовольное оставление части перестало быть условно «мужским» преступлением. Правоприменительная практика вышла на новый уровень, и теперь любая женщина-контрактница, покинувшая службу без законных оснований, рискует получить реальный срок в колонии. Это не запугивание, а констатация факта. Закон суров, но его правильное применение зависит от того, насколько грамотно выстроена защита — и начинать её нужно задолго до судебного заседания.

   FAQ: Коротко о сложномМогут ли теперь женщин судить за СОЧ так же строго, как мужчин?
Да, и приговор по делу Безручко это подтверждает. Статья 337 УК РФ не содержит гендерных исключений. Если женщина-военнослужащая самовольно оставляет часть в период мобилизации на срок свыше одного месяца, ей грозит от 5 до 10 лет лишения свободы.
   Влияет ли наличие детей на приговор по ч. 5 ст. 337 УК РФ?
Наличие малолетних детей признается смягчающим обстоятельством, но не гарантирует условного срока, так как санкция ч. 5 ст. 337 УК РФ не предусматривает альтернатив реальному лишению свободы. Суд может лишь учесть это при определении размера наказания в пределах 5-10 лет.